Мюск-Джами (Мускусная мечеть)

Когда пройдет дождь, старокрымские татары идут к развалинам Мюск-Джами, чтобы вдохнуть аромат мускуса и потолковать о прошлом, вспомнить Юсуфа, который построил мечеть. Когда жил Юсуф? Кто знает, когда? Может быть, еще когда Эски-Крым назывался Солгатом. Тогда по городу всюду били фонтаны, по улицам двигались длинные караваны, и сто гостиниц открывали ворота проезжим. Тогда богатые важно ходили по базару, а бедные низко им кланялись и с благодарностью ловили брошенную монету.

— Алла-разы-олсун, ага.
Но был один, который не наклонялся поднять брошенного и гордо держал голову, хотя и был носильщиком тяжестей. Мозоли на руках не грязнят души. Да будет благословенно имя Аллаха! Носильщик Юсуф не боялся говорить правду, богатым и бедным — все равно. Ибо время — решето, через него пройдет и бедность, и богатство.
— Богатые, — говорил Юсуф, — у вас дворцы и золото, товары и стада, но совесть украл кто-то. Нет сердца для бедных; разрушается мечеть, скоро рухнет свод. Отдайте часть.
— Так, так, — думали про себя бедняки, но богатые сердились.
— Ты кто, чтобы учить меня? Посмотрели бы, если бы был богат. Покатилась слеза из глаз Юсуфа, и взглянул он на небо. Плыл по небу Божий Ангел. И сказал Юсуф Ангелу:
— Хочу иметь много золота, чтобы построить новую мечеть и чтобы помочь тому, кто в нужде; хочу быть богаче всех.
Унес ангел мысль сердца Юсуфа выше звезд, выше света. А люди, злые люди хотели бросить его в пропасть в Аргамышском лесу. Много костей человеческих там на дне, если только есть дно. И поспешил уйти от них Юсуф на площадь. На площади остановился караван, потому что умер внезапно погонщик верблюда, и нужно было заменить его.
— Может быть, ты сможешь погонять верблюда? — спросил хозяин каравана.
— Может быть, смогу, — ответил Юсуф и нанялся погонщиком.
И ушел с караваном за Индол, на Инд. Кто не слыхал об этой стране!
В камнях там родился лучистый алмаз; на дне моря живет драгоценный жемчуг; из снежных гор везут ткань легче паутины; и корни трав пьют из земли аромат и отраву. Много лет провел Юсуф в этой стране, спускался с гор в долины и поднимался опять в горы. Благословил ангел пути его, росло богатство хозяина, но Юсуф оставался бедняком. Когда к руке не липнет грязь, не прилипает и золото. Удивлялся хозяин:
— Где найти такого?
Один раз привез Юсуф хозяину мешок алмазов, каких никогда не видал хозяин. Не взял себе ни одного. Подумал тогда хозяин о своем сыне, от которого знал только обман, и сказал близким:
— Вы слышите, если умру, Юсуфу, а не сыну , мое богатство. И вскоре умер.
Так бывает. Сегодня жив, а завтра умер; вчера не было, сегодня пришло. И стал Юсуф богаче всех купцов своего города. Была пятница, когда его караван приблизился в Солгату. Тысяча верблюдов шли один за другим. И никто не подумал, что это караван Юсуфа. Не узнали его, когда подошел к мечети. Не догадались, когда сказал:
— Вот упал свод.
Молчали.
Иногда молчишь, когда думаешь, когда стыдно станет — тоже молчишь. — Так подумал Юсуф и сказал:
— Не отдадим ли части богатства? – Закричали солгатские беки:
— Если имеешь, отдай! – Усмехнулся Юсуф:
— Юсуф обещал сделать так.- Тогда подумали, не он ли Юсуф.
— Бывают чудеса.
А на другой день сотни рабочих пришли на площадь, где была мечеть, чтобы сломать старые стены:
— Прислал Юсуф-ага.
И, по слову Юсуфа, стали подвозить со всех сторон молочный камень, слоновую кость, золотую черепицу. Такой мечети не было в Крыму, го* ворили в народе и называли Юсуфа отцом праведных, узнав, что по заказу его , пришел в Кафу корабль с мускусом, и приказал он бросать ароматный порошок в кладку стен новой мечети. Чтобы, когда пойдет дождь, с паром от земли поднималось к небу и благовоние от подножья Мюск-Джами.
Прошло две зимы, и к празднику жертв была готова мечеть. К небу шли белые башни минаретов, сверкали золотом скаты крыш, порфировые пояса бежали по сводам.
— Юсуф — отец праведных, иди, принеси первую жертву!
Заклал Юсуф жертвенного барана и отдал беднейшему носильщику. Таким был Юсуф, когда просил ангела о богатстве, чтобы построить мечеть. И взглянул Юсуф на небо. Плыло светлое облако и, остановившись над мечетью, осыпало землю бриллиантовым дождем. Тогда благовоние мускуса поднялось от подножия мечети. И упал народ перед Юсу-фом на колени:
— Юсуф, ты достоен быть повелителем Солгата. Но Юсуф покачал головой:
— Власть — пропасть между людьми.
И остался навсегда с бедными, потому что, раздав все, стал сам опять бедняком. Но народ забыл ханов и беков, и не забыл Юсуфа. И когда после дождя, старокрымские татары собираются к развалинам Мюск-Джами, чтобы вдохнуть в себя аромат мускуса, всегда вспоминают праведного Юсуфа.

Пояснение автора

Развалины Мускусной мечети сохранились. Они образуют параллерограмм, свод над которым поддерживался столбами по три с каждой стороны. Вокруг мечети, еще в 60-х годах прошлого столетия, были видны красивые, местами с позолотой, арабески. Надпись над входом говорит: «Да будет благодарение Всевышнему за руководство на путь истины и милость Божия на Мухамете и его преемниках. Строитель сей мечети, в дни царствования великого хана мухамета-Узбека (да будет владычество его вечно), смиренный раб, нуждающийся в милости Божьей, Абдул-Гази-Юзуф, сын Ибрагима Узбекова, 714 гиджри» (1314 г.). Золотоордынский хан Узбек (1313-1342 г.г.), по свидетельству арабских писателей, проявил особую ревность в утверждении мусульманства в его владениях. Сам Узбек-хан жил не в Солгате (Старый Крым) и лишь наезжал туда. С именем Юсуфа, помимо настоящей легенды, в народной памяти сохранилось предание об основании самого Солгата. Крымский историк Сеид-Мухамед-Риза (ум. 1756 г.) в своем сочинении «Семь планет в известиях о царях татарских» (напечатано Казем-беком в Казани в 1832 г.) рассказывает: «В прежнее время местность, на которой расположен город, принадлежала к Кафской пристани (Феодосийской), служа сборным пунктом для купцов персидских и франкских, привозивших сюда разные европейские и азиатские товары, которыми наполнялись и пестрели шалаши, палатки, деревянные дома и саманные мазанки. Благодаря превосходному климату и чудесному воздуху, население и постройки быстро умножились, и мало-помалу возник к югу от Кафы, при подошве высокой горы Аргамыш, целый город, обнесенный ради безопасности крепостной стеной и названный Солгатом. В ту пору один богатый купец предпринял постройку большой мечети и, из усердия к Богу, к материальным затратам присоединил и личный труд. Одетый в старое платье, он вместе с рабочими таскал глину. Вдруг проезжает мимо купец с двадцатью вьюками мускуса. Строитель мечети полюбопытствовал узнать, что за товар везут. Торговец поглядел на грязную рабочую одежду его, презрительно ответил: «Подходящего для тебя товара нет». Смущенный таким ответом торговца, строитель заплатил тотчас же стоимость мускуса и велел свалить его в размешанную глину, сказав рабочим: «Сап (сваливай), кат (меси)!».Оттого и сам город назвали Салкатом».
Об этом древнем Солгате Jos de Guignes в своей «Histoire générale de Huns ets».(з. (р. 343) говорит: «Всадник едва мог объехать его на добром коне в полдня. Было много зданий, достойных удивления, особенно высших училищ, где преподавались всякие науки (развалины одного из них сохранились и доселе). Караваны из Ховарезми (Хивы) безопасно проходили в Крым, употребляя на путь три месяца. Жители наживали торговлей огромные богатства, заполняя золотом сундуки, ничего не уделяли беднякам».

Мускус — ароматичный, коричневого цвета порошок, добываемый из мускусной крысы (Азия) и гималайского оленя, самца, под брюхом которого имеется мешочек с этим веществом. Мускус, оцениваемый теперь от 960 рублей до 1280 рублей за килограмм, считался в древности драгоценнейшим препаратом, благодаря его целебным свойствам, в особенности для облегчения страдания рожениц. Может быть, в связи с этим мускус приобрел литургическое значение. Папы, до начала XVI века, вступая во владения Латеранским дворцом, получали в дар кошелек с двадцатью драгоценными камнями и мускусом, который считался символом добродетели и милосердия бедным. В свою очередь папы, выражая особенное благоволение царственным особам, дарили золотую розу с мускусом. Как говорит Н.В. Чарыков в своем известном труде о Павле Минезии, в 1675 г. был дан указ сибирскому приказу о посылке в Рим к аббату Скарлату 3 фунтов мускусу доброго, в вознаграждение за собрание сведений по описанию святынь Рима Судя по нашей легенде о Мускусной мечети в Солгате, литургическое значение мускуса было не чуждо миру мусульманскому. По словам татар, стены Мускусной мечети и теперь после дождя издают аромат.

Аргамыш(совр. Агармыш) — горный хребет верст в 8 в длину, на одной из вершин его имеется провал, схожий с жерлом вулкана, не более сажени в поперечнике. Местный пристав Н.М. Яворский опускал веревку в 50 сажень длины, но не достал дна, а, по словам старокрым-цев, если бросить просо, то оно выйдет в прудах Шубаша, за несколько верст от города. По преданию, в этот провал сбрасывали преступников.

Индол — путь в Индию.

Верблюд — завезен в Крым татарами из Средней Азии. Это нежное животное, после эмиграции степных татар стало быстро исчезать в Крыму.

Алла-разы-олсун — благодарю.

Настоящую легенду рассказал мне старокрымский мулла.

автор Никандр Александрович Маркс (составитель)
Из цикла «Легенды Крыма». Опубл.: 1913. Источник: Н. Маркс. Легенды Крыма. Выпуск 1. 1913

На фото: турецкая мечеть (кто знает как она называется – напишите, пожалуйста)
Источник

***

Кудри милой от мускуса ночи темней,
А рубин ее губ всех дороже камней…
Я однажды сравнил ее стан с кипарисом,
Возгордился теперь кипарис до корней!

***

Роза молвила: “Ох, мой сегодняшний вид
О безумстве, по сути, моем говорит.
Почему выхожу я в крови из бутона?
Путь к свободе сквозь тернии часто лежит!”

***

Страсть к тебе порвала одеяние роз,
В аромате твоем есть дыхание роз.
Ты нежна, блестки пота на шелковой коже,
Как роса в чудный миг раскрывания роз!

***

У тюльпана ты цвет свой пурпурный взяла,
Тебе лилия юности суть отдала.
Была роза, она на тебя походила –
Передав тебе жизнь, она робко ушла.

***

Когда под утренней росой дрожит тюльпан,
И низко, до земли, фиалка клонит стан,
Любуюсь розой я: как тихо подбирает
Бутон свою полу, дремотой сладкой пьян!