За свой золотисто-солнечный цвет растение получило научное имя (гелихризум), которое так и переводится –

Первая крупная партия этих растений поступила в сады Франции и Англии на рубеже XVIII и XIX веков. Из Франции к нам пришло и название цветка, от французского “иммортель”, что в переводе и означает “бессмертник”. У нас его изредка называют “неувядкой”, “живучкой”.

По индейским преданиям, бессмертник появился на свет следующим образом: в одном селении поженились парень и девушка. Отправляясь после свадьбы из вигвама отца невесты к родителям мужа, молодые повстречали диких зверей, которые их тут же растерзали. Жители похоронили молодоженов на берегу реки. А весной на месте их захоронения неожиданно появился светло-сиреневый цветок. Охотник, проходя мимо него, растроганно воскликнул: “Живи вечно!”, и природа приняла доброе пожелание.

Бессмертник предпочитает песчаную почву и любит селиться на холмиках, образующихся при рытье ям и канавок, когда песок выбрасывается на поверхность из более глубоких слоев почвы. И потому часто встречается на могилах. Древние люди наделяли его сверхъестественными свойствами, предполагая, что в цветок переселяется душа человека, чтобы пообщаться с оставшимися в живых родственниками и друзьями, чтобы передать им последний поклон-привет от усопшего.

Цветы бессмертника растут на братских могилах и боевых курганах. Людям хочется верить, что эти печальные цветы охраняют сон и покой погибших богатырей, не дают времени и ветру стереть с лица земли дорогие холмики.

Есть у бессмертника и легендарное имя – нечуй-ветер. По преданиям, нечуй-ветер помогает слепым открывать заклятые клады. Для чего требовалось в ночь на Ивана Купалу с нечуй-ветром, водосбором и цветущим папоротником в руках сорвать цветок разрыв-траву и гулять по лужайке до тех пор, пока не появится резь в глазах. А как только она появится, следовало брать в руки заступ и быстро разрывать землю: заклятый клад должен быть под ногами.

Трава эта росла на берегу рек. Считали, что те, кто обладает ею, сможет ловить рыбу без невода, остановить ветер на воде, избавить себя и судно от потопления.

Во времена татаро-монгольского нашествия на Руси родилась такая легенда.
Пришла к хану Батыю русская женщина Авдотья. На коленях она просила позволить выкупить своего брата: «Замуж выйду – муж будет. Будет муж – сын родится. А брата мне уже нигде не взять». Удивился Батый мудрости русской женщины, наклонился, сорвал первый попавшийся цветок, протянул его Авдотье: «Иди по моей Орде, пока цветок в руке не увянет. Тех из родни, кого отыскать успеешь, бери без выкупа».
От великой любви, гнева и печали этой русской женщины заветный цветок наполнился такой силой, что не завял, а становился только красивее. Долго бродила по Орде Авдотья и многих русичей спасла от смерти. А цветок с тех пор зовется бессмертником.

Когда-то в России был обычай класть между двойными рамами в домах цветы бессмертника. Может быть, для того, чтобы они напоминали о лете. На дворе снег, вьюга, мороз, а цветы такие же, как летом. Оказывается, не только жары, но и мороза бессмертник не боится. Оттого прозвали это растение еще и “мороз-травой“.

А вот ещё одна легенда о бессмертнике…
Во время своего путешествия Одиссей потерпел кораблекрушение у острова Психеи. Его, обессиленного, нашла дочь короля, красота которой была сравнима с красотой богини. Секретом этой красоты были чудодейственные свойства бессмертника, драгоценное солнечное масло которого королевская дочь всегда наносила на свое лицо и тело. Это масло она преподнесла в дар Одиссею. Силы и красота вернулись к нему и он продолжил свой сказочный путь.

Источник: эл.газета “Ароматерапия: легенды и факты”, Выпуск №3

советую познакомиться с этой историей (вообще, это мой любимый сайт с биографиями великих – занесите в избранное)). Цветы и ароматы зачастую фигурируют в стихах этой поэтессы, но интересны они не только этим. Стихи очень живые, образные, содержат свежие и неожиданные метафоры, их хочется перечитывать… Судите сами

ЦВЕТЫ
Черубина де Габриак

Цветы живут в людских сердцах;
Читаю тайно в их страницах
О ненамеченных границах,
О нерасцветших лепестках.

Я знаю души, как лаванда,
Я знаю девушек-мимоз,
Я знаю, как из чайных роз
В душе сплетается гирлянда.

В ветвях лаврового куста
Я вижу прорезь черных крылий,
Я знаю чаши чистых лилий
И их греховные уста.

Люблю в наивных медуницах
Немую скорбь умерших фей
И лик бесстыдных орхидей
Я ненавижу в светских лицах.

Акаций белые слова
Даны ушедшим и забытым,
А у меня, по старым плитам,
В душе растет разрыв-трава.

<1909-1910>

Примечания
Как сообщает Волошин в «Истории Черубины», поводом для написания этого стихотворения была присылка Маковским Черубине огромного букета белых роз и орхидей: «Мы с Лилей решили это пресечь, так как такие траты серьезно угрожали гонорарам сотрудников «Аполлона», на которые мы очень рассчитывали». Эта прозаическая задача воплощается в ст. 15—16 стихотворения.