Начало и предыстория тут. Я сейчас по уши в работе, бывает даже устаю А самое плохое для меня – это когда теряется лёгкость и гибкость. Сегодня я её вернула с помощью этой истории. Самое удивительное, что после написания истории – она уже живёт своей жизнью, и проникает в мою жизнь, поэтому “из головы” я уже ничего не придумываю – беру реальную задачу и перевожу её в образы, решая её на уровне сказкотерапии.  А то на днях пробовала писать “из головы” – в истории кто-то заболел, и в реальной жизни сразу пошла какая-то материализация, срочно пришлось переписывать. Поэтому то, что я пишу – не вымысел, вымысел для меня оказался чреватым материализацией Мыслеформа – это не только мысль, но и форма. Вот так.

Он парил, широко расправив свои чёрные крылья. Далеко внизу океанские волны разбивались о каменные глыбы. Воздух был прозрачен и чист. Ворон наслаждался своей безграничной свободой…

- Шаман! Шаман! Просыпайся, дело есть!

Нехотя открыв глаза, шаман увидел в проёме своего вигвама Третьего Сына Вождя, известного не столько своей силой, сколько – неповоротливостью, что давало бесконечные поводы для насмешек.

Он был ровесником Шамана – Третьему Сыну Вождя едва исполнилось двадцать лет.

- Чего тебе?

- Да вот пришёл я к тебе с проблемой. Да не знаю, сможешь ли ты помочь мне… Но идти мне больше не к кому…

- Выкладывай, а вдруг и помогу…

- Через несколько дней будет состязание молодых воинов племени, каждый получит новое имя. Ты же знаешь, какой я неповоротливый. Хорошего имени мне не видать… Да как бы опять не опозориться. Не видать тогда мне хорошей жены – кому нужен индеец с немужским именем. И отец будет опять недоволен… Что можно сделать?

- Приходи сегодня к Большому Камню как сядет солнце. Захвати с собой большую охапку хвороста – сколько сможешь унести. И никому не рассказывай, что идёшь ко мне.

Как только стемнело и луна показала свой светлый лик, Третий Сын Вождя пришёл к Большому Камню. Место это считалось недобрым, но разве шаманов этим испугаешь? А вот нашему индейцу идти туда было страшновато. Впрочем, Шаман уже ждал его.

- Ни о чём не спрашивай, только слушай и повторяй.

И Шаман начал танцевать вокруг камня танец Ворона, широко расставив руки и высоко подпрыгивая. В свете луны это выглядело, по меньшей мере, жутковато. Но сын вождя беспрекословно всё выполнял – махал руками, прыгал и подвывал, понятной только Шаману, песне. Звёзды кружились над головой и Младшему Сыну Вождя уже было не ясно сколько времени они так танцуют – час или столетие…

…тут Шаман подскочил к индейцу и острым ножом отмахнул у него прядь волос, замотал травинкой, поднятой с земли, что-то прошептал. Сделал ножом углубление в земле, сложил туда волосы индейца  и быстро соорудил высокий костёр над этим местом. 

Третий сын вождя как завороженный смотрел на пламя, которое огромным столбом возносилось к небу.

Когда костёр прогорел, Шаман вынул из костровища уголёк и нарисовал на лице индейца две широкие полосы – как крылья ворона. Шаман зачерпнул немного пепла и сложил в мешочек из кожи бизона. Тут откуда-то с небес упало небольшое черное перо – видимо, из крыла ворона – Шаман подхватил его и привязал бечевкой к кожаному мешочку.

- Теперь это твой талисман, носи его с собой, Третий Сын Вождя. А теперь пойдём спать, скоро утро.

Третий Сын Вождя хранил тайну шаманского ритуала. В юноше явно что-то изменилось. Появилась острота во взгляде и точность в движениях – за эти дни он ничего не сломал и не разбил. Все молодые индейцы племени готовились к состязанию, Третий Сын тренировался вместе с ними и ни разу не был удостоен насмешки. Никто и не заметил в нём перемен, только как будто девушки стали внимательнее к нему присматриваться.

И вот настал день состязания. Странное дело, Третий Сын Вождя не чувствовал волнения и скованности как обычно – или может быть всё это из-за талисмана с вороньим пером? Внутри он ощущал непривычное чувство лёгкости…

Испытания были разные: заарканить бизона, взобраться по отвесной скале, оседлать дикого мустанга, пробежать по тонкому стволу дерева, подвешенного над углями… Молодые индейцы из кожи вон лезли, чтобы показать себя с лучшей стороны, а девушки с замиранием сердца следили за каждым испытанием. Но больше всего притягивал взгляд индеец с необычной раскраской лица – с широкими черными полосами, он двигался так легко – как будто парил, не касаясь земли. Никто не мог угадать – кто же он. При подсчёте выяснилось, что он и победил. Старейшины были очень удивлены, когда Третий Сын Вождя назвал своё имя и сразу наградили его новым именем:

- С этого дня ты – В Небесах Парящий Ворон! Носи это имя как настоящий Навахо!

Вождь племени просто сиял от гордости:

- Это мой сын!

В этот же день В Небесах Парящий Ворон подошёл к девушке, о которой втайне мечтал и спросил:

- Роса На Цветочном Лепестке, ты войдёшь в мой вигвам?

И девушка, до той поры отвергшая многих индейцев, согласилась.

А Шаман на следующее утро обнаружил у своего дома целого бизона! Интересно, кто оставил его?

Вообще, я прозу не пишу Но у меня есть некоторый опыт в сказкотерапии… Этот рассказ как раз написался в пору нашего переезда, а это всё равно стресс. Так что, наверное, то что у меня вышло – психотерапия моей души. Хотя писала в каком-то порыве, а потом вообще забыла про этот рассказ. Шаманы и индейцы – это мой своеобразный тотем, мне очень близка эта тема, поэтому вот… Встречайте и не судите строго – “Старый шаман из племени Навахо”.

Старый шаман племени Навахо двадцать седьмой день слушал голос земли, смотрел в небо, втягивал носом воздух, но тот не пах дождём… Он стучал в бубен, сыпал на землю пепел, призызвал духа воды. Но дождём так и не пахло. Бездонное небо было чисто и бесплодно, как и выгоревшая земля с редкими остатками растительности. Племя голодало. Стада бизонов давно ушли прочь от высохшего русла реки…

И тогда шаман племени Навахо решился на опасный ритуал…

Он не ел и не пил уже целые сутки. Ритуальный костёр горел, высоко взметая языки пламени. Шаман танцевал странный и монотонный танец. Его соплеменники наблюдали издалека. Когда стемнело, наблюдатели, потеряв надежду, разбрелись по своим вигвамам. И, в это время, пламя костра взметнулось особо высоко и скрыло за собой шамана. Костер потух также внезапно как и вспыхнул. Шамана не было. И лишь вдалеке в небе можно было увидеть темный силуэт Ворона.

На следующий день на бесплодную пустыню пролился дождь. Дети прыгали по лужам, подставляя свои лица струям воды. Женщины выставляли из своих домов все кувшины, всю посуду – чтобы собрать драгоценную влагу.

Река вернулась в свои берега.

Дождь шёл три дня и три ночи. А потом выглянуло солнце и осветило зелёные луга.

Еще через три дня пришли бизоны.

А шамана всё не было. Люди думали, что он принёс себя в жертву богу Дождя и сгорел в том костре.

Старейшины племени провели прощальный ритуал и назначили выборы нового вождя. Многие хотели получить этот важный пост, хотя и не обладали нужными умениями. Но закон племени имел четкие предписания – чтобы стать шаманом надо было знать все ритуалы, уметь общаться со стихиями и лечить болезни. Такого человека не было. Племя жило без шамана.

Однажды на горизонте показался путник. Он прошёл сразу к вождю племени и заявил о своём желании стать шаманом. Вождь негодовал:

- Как же так, шаманом племени Навахо может стать только навахо. Да и ты слишком молод, чтобы смочь пройти весь ритуал.

- Я сын Вашего шамана и тоже навахо.

В подтверждение путник указал на вигвам, в котором жил Старый Шаман. Он прошёл туда и снял со стены бубен. А дальше, вождю осталось только с удивлением наблюдать как искусно незнакомец обращается с бубном, как танцует танец Великого Духа…

Так у племени снова появился Шаман. Молодой шаман.

Иногда вечерами, сидя у костра он вспоминал ни с чем не сравнимое ощущение полёта, когда он обернулся вороном, чтобы улететь на Землю Предков и лично договориться с духами стихий. Он мог и не выбраться живым из этой переделки, духи знали это и видимо оценили высоко, забрав у Шамана 50 лет жизни. Так он снова стал 20-летним юношей с душой старика. Но соплеменникам это знать незачем… Шаман любил тишину и к такой славе был не готов.

В воздухе пахло дождем…

Иллюстрации Альфредо Родригеса